VMM
mebelart.by
Tiolly
Артсквер

«Люди благодарят, что дали работу». Как реанимируют модернизированную деревообработку

Опубликовано: 04.12.2017,  Просмотров: 107

Полтора года назад Банку развития передали в управление девять предприятий деревообработки («Гомельдрев», «Мостовдрев», «Речицадрев», «ФанДОК», «Борисовдрев», «Витебскдрев», «Могилевдрев», Новосверженский лесозавод и Мозырский деревообрабатывающий комбинат). Государство посчитало это единственно верным решением, чтобы запустить заводы, на модернизацию которых было потрачено около 860 млн евро. Приводим интервью с исполнительным директором Банка развития Ириной Конепо.

О том, как изменилась ситуация на этих предприятиях, TUT.BY побеседовал с исполнительным директором Банка развития Ириной Конепо.

 

 

«Менеджер с европейским менталитетом не всегда может эффективно работать в наших реалиях»

 

— В апреле 2016 года, когда вам передали в управление предприятия, то все они имели крайне неудовлетворительное финансовое положение. Что изменилось с тех пор?

 

— Действительно, на момент передачи заводы почти не работали. Оборотных средств на покупку древесины и материалов не было, накопились долги за электроэнергию. Коммерческие банки уже не выдавали кредитов, также не было возможности взять денег и из бюджета.

 

На первом этапе стояла задача запустить производство, расшить неплатежи, обеспечить предприятия сырьем. В среднесрочной перспективе мы хотели обеспечить максимальную загрузку предприятий, развить рынки сбыта, выстроить систему корпоративного управления и собрать команду профессионалов, которые смогут решать поставленные перед холдингом задачи.

 

Сегодня основные модернизированные и созданные производства работают с загрузкой 90−100%. Не могу сказать, что все у нас идет гладко — выявились технические просчеты при проведении модернизации. Но в целом улучшения заметны.

 

Раньше деревообрабатывающие предприятия имели рентабельность почти минус 30%. Сейчас больше половины компаний ("Речицадрев", "Гомельдрев", "Мостовдрев", "Борисовдрев", Мозырский ДОК, Новосверженский лесозавод) показывает положительные результаты (от 5 до 18%). Остальные существенно улучшили результаты (вилка рентабельности составляет от -10% до 0%). В общем, по нашему холдингу мы по итогам 9 месяцев уже вышли на безубыточную работу, получаем прибыль от реализации.

 

Мы создали единую систему продаж основной продукции, которая централизованно реализуется через Белорусскую лесную компанию (БЛК). Дело в том, что у нас почти все предприятия пересекаются по ассортименту продукции. 5 заводов выпускают фанеру, 4 предприятия — древесно-волокнистую плиту МДФ, 2 — древесно-стружечные плиты (ДСП). На 7 заводах есть лесопильное производство.

 

БЛК также занимается закупками материальных ресурсов (смолы, запасные части, пленки и так далее) для предприятий, что также позволило снизить себестоимость продукции.

 

— Вы сказали, что привлекли лучшие кадры отрасли. Но литовский топ-менеджер Гедрюс Каукас немного поработал на посту руководителя «Холдинга организаций деревообрабатывающей промышленности» под управлением «БР-Консалта». Он сказал, что у вас много бюрократии (структура принятия решений — Банк развития, его «дочка» «БР-Консалт», холдинг и плюс концерн «Беллесбумпром») и скептически оценил перспективы.

 

— Проблема в том, что менеджер с европейским менталитетом не всегда может эффективно работать в наших реалиях, часто не находя консенсус не только с работниками, но и с собственниками. Многие подходы, которые предложил Гедрюс, мы используем до сих пор. Но был ряд предложений, в которых он был не до конца уверен. Поэтому предпочел заниматься чем-то другим. Но мы нормально расстались, общаемся до сих пор.

 

— Еще один момент из его интервью. Для запуска фабрик Банк развития выделил в 2016 году 25−30 млн евро. Сколько в целом за прошедшее время вы влили средств в предприятия?

 

— Понятно, что мы не волшебники и по мановению волшебной палочки ничего не происходит. Банк действительно организовал временное финансирование предприятий, чтобы запустить заводы, расшить неплатежи. Мы также договорились с другими банками о реструктуризации существующих долгов, выстраивании графиков погашения задолженности и организации финансирования кассовых разрывов предприятий. Глава государства подписал указ, предусматривающий реструктуризацию задолженности за энергоносители, по платежам в бюджет. Сейчас уже нормализовали финансовую дисциплину предприятий. Все это позволило наряду со стабильными продажами войти в нормальный режим расчетов по операционной деятельности. Для завершения инвестиционных мероприятий, которые не были закончены на момент передачи предприятий в управление Банка развития, привлекли кредитные ресурсы коммерческих банков. Для обновления парка лесозаготовительной техники использовали лизинговую схему.

 

Банк развития старается выстраивать отношения так, чтобы предприятия работали в рыночных условиях.

 

«Мы покупаем лес по той цене, по которой он продается»

 

— Бытует также мнение, что 9 предприятий покупают лес по льготным ценам…

 

— Мы используем арендный лес или покупаем сырье на бирже по той цене, по которой оно продается. Никаких специальных цен для нас не существует. Это заблуждение.

 

Есть лес на корню и в заготовленном виде. В Лесном кодексе прописано, что лес в аренду передается предприятиям, которые реализуют инвестиционные проекты, на срок до 15 лет, в пределах сроков окупаемости проектов. Что касается приобретения древесного сырья на бирже, то сегодня к нему доступ имеют все — как госпредприятия, так и частные.

 

Фото: dneprovec.by

 

Начиная с 2008 года в соответствии с указом № 214 на годовые биржевые торги выставляется 40% от запланированного к реализации годового объема древесины, а 60% реализуется как на квартальных, так и на текущих биржевых торгах.

 

— Но установлены минимальные пороги по уже переработанному сырью. Поэтому на годовые торги попадают только крупные компании, а это преимущественно госфабрики.

 

— У нас разные игроки на рынке. Где-то перерабатывают 1−2 тысячи кубометров лесосырья в год, и там работает 50 человек, а где-то — более 200 тысяч кубометров переработки и 550 работающих. Но никого не притесняют. У всех есть возможность купить себе сырье нужных характеристик и объемов.

 

— Недавно координационный совет по биржевой торговле все же снизил минимальные пороги для участия в торгах…

 

— У вас, видимо, информация от Республиканской лесопромышленной ассоциации, которая активно отстаивает интересы представителей малого бизнеса, в том числе производящего продукцию с низкой степенью переработки древесины. Президент правильно сказал, что мы в состоянии перерабатывать все сырье в республике. У нас достаточный технический и интеллектуальный потенциал, чтобы создавать в стране высокую добавленную стоимость. Деревообработка может дать серьезный толчок развитию экономики. Чем выше степень переработки, тем больше денег остается в стране, где эта переработка осуществлялась. Поэтому глава государства ввел ограничения на экспортную торговлю круглым лесом. Когда запретили вывозить «кругляк», стали вывозить оцилиндрованное бревно, виноградные колья, пиломатериалы твердолиственных пород… Используется множество уловок.

 

— Эти «хитрые» частники готовы платить за древесину в 2 раза больше, чем платите вы.

 

— Мы платим ровно столько, сколько это стоит. Был период, когда цена на лес сильно взлетала, и мы работали с этими ценами. Вы должны понимать позицию переработчиков. Каждый бизнес стоит перед простым выбором. Покупает лес на бирже, считает экономику. Может работать — работает. Если дорого — стоит и не работает. Лес в Беларуси стоит не дороже, чем у наших ближайших соседей — в России, Украине.

 

«Работники благодарили за то, что в их жизни появился позитив, а заводы ожили»

 

— Каковы финансовые результаты работы предприятий холдинга?

 

— Выручка за 9 месяцев составила 270 млн рублей. На экспорт отгружено продукции более чем на 108 млн долларов.

 

— А долговая нагрузка?

 

— Задолженность по инвестиционным обязательствам составляет 1,4 млрд рублей. В этом году долги не гасили. На 2018 год по отдельным предприятиям мы предусмотрели частичное обслуживание кредитов.

 

— Через сколько лет предприятия смогут стать привлекательными, появится свет в конце тоннеля? Чтобы можно было сказать, что деньги, потраченные на модернизацию, потрачены не зря.

 

— Я считаю, что они и так потрачены не зря. Через сколько лет фабрики окупятся — вопрос очень сложный. Много будет зависеть от рыночной конъюнктуры.

 

Каждый год мы разрабатываем для каждого предприятия бизнес-планы развития с учетом существующей рыночной конъюнктуры. Исходя из формируемых потоков средств определяется, как компании будут в конкретном году погашать обязательства, в том числе по инвестиционным кредитам.

 

Предприятия заинтересованы в выполнении разработанных ими же бизнес-планов. Доходы всех — от рядового сотрудника до руководителя — зависят от выполнения бизнес-планов. Это не пустая бумага и не документ ради документа. Выполняем все KPI — получаем нормальную заработную плату. Нет — значит, стремимся к этому.

 

— На среднюю зарплату в 1000 рублей по итогам этого года выйдете?

 

— Зарплата растет. По сравнению с прошлым годом она выросла на 33% и составляет около 700 рублей. Мы движемся по графику, который ранее наметили, и выполняем взятые обязательства. При этом основной экономический постулат — темпы производительности труда выше, чем темпы роста зарплаты — нами соблюдается.

 

— Говорят, вы в прошлом году сокращали персонал.

 

— Мы никого специально не увольняли. У нас произошел естественный отток кадров: кто-то ушел на пенсию, у кого-то закончился контракт, кто-то сам захотел сменить работу.

 

— Непродление контракта — это не сокращение?

 

— Позиция банка изначально была следующей: мы не разбрасываемся кадрами. Квалифицированный персонал — несмотря на пенсионный возраст или истечение контракта — при наличии желания будет работать. В прошлом году предприятия холдинга покинули около 1000 человек. В этом году мы взяли на работу 300 сотрудников. Сейчас на предприятиях работает 9,5 тысячи человек.

 

Фото: rechdrev.by

 

У предприятий в сентябре был профессиональный праздник — День работников лесной и деревообрабатывающей промышленности. Топ-менеджеры банка участвовали в этих мероприятиях, при общении с сотрудниками предприятий услышали позитивные отзывы о происходящих изменениях на производстве. Работники благодарили за то, что им дали работу, что растет зарплата, что в их жизни появился позитив, а заводы ожили. Это дорогого стоит.

 

— Понимаю. Рассматривается ли сейчас вопрос о привлечении инвесторов на предприятии?

 

— Нет. Стоит задача сделать их привлекательными для инвесторов. Потому что одно дело предлагать на продажу убыточные заводы, другое — финансово привлекательные.

 

— Каковы планы управляющей компании на 2018 год?

 

— Продолжать реализовывать задачи, которые перед нами стоят: повышать производительность, загрузку предприятий, вывести их на устойчиво рентабельную работу, рассчитываться по долгам. Есть идея реализовать инвестиционный проект по лесопилению пиловочника больших диаметров и пеллетному производству. Сейчас проводим внутренний конкурс и определяемся, какое предприятие этим может заняться. Победитель конкурса пойдет в коммерческий банк, и если тот посчитает проект перспективным и выделит ресурсы, то тогда и будем его реализовывать. Предварительная стоимость проекта составляет 25 млн евро.

 

Фото: Евгений Титко, TUT.BY

 

Мы видим два сдерживающих фактора для развития. Это техническое состояние оборудования. На следующий год запланированы капитальные ремонты на каждом заводе. Плюс может возникнуть дефицит сырья. Ни для кого не секрет, что фанерного сырья недостаточно. Мощности по выпуску фанеры сегодня избыточные. По данным концерна «Беллесбумпром», в 2018 году для загрузки мощностей потребуется 1108 тыс. куб. м фанерного бревна. А по информации Министерства лесного хозяйства, в 2018 году всеми лесофондодержателями планируется заготовить не более 985 тыс. куб. м фанерного сырья.

 

Что будем делать? Первое — пытаться решить проблему на месте. Второе — рассмотреть приобретение сырья в России. Но в рамках защиты своих производителей на уровне правительства РФ идет активная дискуссия о необходимости ограничения фанерного сырья на экспорт. Надеемся, что данные ограничения не коснутся поставок в Беларусь.

 

— Концерн видит решение проблемы в том, чтобы направлять основные объемы этого сырья на производство фанеры. Мелким предприятиям, которые производили из фанерного бревна пиломатериалы, советуют перейти на альтернативное сырье, которого в стране достаточно. Плюс активнее развивать производственную кооперацию, выполнять многие виды работ и услуг для крупных заводов, загрузить тем самым свои мощности и иметь постоянную занятость. Это рыночное решение?

 

— Полностью поддерживаю такое решение концерна. Для производителей мягколиственных пиломатериалов на бирже реализуется соответствующий пиловочник, а фанерное сырье в соответствии с ГОСТом предназначено для производства фанеры и гнутоклееных деталей. Повторюсь, в интересах Беларуси обеспечить глубокую переработку древесины на отечественных предприятиях и на экспорт поставлять не полуфабрикаты, а товары с высокой добавленной стоимостью. Страна получит больше валютной выручки и налогов, а сотрудники — большую зарплату.


И мы будем присылать вам подборку самого интересного (не чаще 1 раза в неделю)


Назад